Опубликовано: 25 февраля 2013 16:24

Рукопись, найденная в бутылке (архив)

********************

Achtung!  Для детей младшего школьного возраста

     Легкая рябь, поднятая  проснувшимся утренним ветром, превратила  воду залива  в кипящее тысячами маленьких осколков зеркало. На востоке известковые, выветрившиеся и иссеченные  прибоем и временем  скалы, были похожи на стадо белых слонов, вышедших на водопой далеко в море.  Постепенно понижаясь к югу, берег  напоминал  зеленую лужайку, по которой  несколько отставших «слонят» догоняли  свое стадо. На самом деле их скрывала не трава,  а густые, довольно высокие и плотные лесные заросли.  Поэтому  с  воды были почти не  видны несколько рыбацких хижин, присутствие которых выдавал только старый покосившийся деревянный причал. Возле него в этот утренний час болталось  пять  или шесть  облезлых лодок.  Еще две лодки, вытащенные на берег и перевернутые , издалека были похожи на отдыхающих у воды тюленей, только не лоснящихся и блестевших на солнце, а высохших и серых.

       Мальчик, сидевший на носу лодки, сейчас смотрел в другую сторону – туда, где плоский  пляж  узкой полосой песка  сливался с пеной  набегавших на него волн. Солнце  у него за спиной, поднимавшееся  буквально на глазах, ежеминутно меняло цвета и очертания  берега, делая его  то далеким и растворяющимся  в дымке, то, как в бинокле, неожиданно близким -  так, что можно было различить отдельные стволы деревьев и даже колья, на которых сушились сети.

      На корме, уже закончив выбрасывать поплавки сети позади лодки, надвинув козырек истрепанной бейсболки на глаза , привалившись локтем к борту и вытянув ноги, полулежал отец мальчика. Возраст его, как цвет глаз и бейсболки, определить было трудно. Собственно, и определять это некому  было – лодка дрейфовала в полумиле от берега. Да и на берегу, собственно, это никого не заботило. Там уже давно все знали друг друга – рыбаки собирались тут ежегодно , проводя несколько недель  во время сезонного хода сардины , чаще всего приезжая со всем семейством. Если им везло, и течение, проходившее совсем близко от залива, приносило мигрирующие в это время года косяки рыбы, можно было неплохо заработать, сдавая свой улов оптовикам и владельцам ресторанов в городе.

    Солнце поднялось выше и поверхность воды из разбитого зеркала превратилась в переливающуюся ртуть. Ближе к скалам она становилась похожей на расплавленное бутылочное стекло и у подножия их темнела  глубокой синевой. Мальчик обернулся и, приложив руку козырьком, стал смотреть на свои любимые скалы, которым он еще два года назад дал имена. Каждый раз, выходя с отцом в море и дожидаясь, когда понадобится его помощь, он придумывал разные истории, героями которых были эти скалы, которые превращались то в огромных динозавров, то в неприступные крепости…

      «Па, смотри -  там что-то на воде… не пойму… темное… может -  дельфин?»

     -«Откуда ему тут взяться… - ответил отец, не меняя позы – никогда их здесь не видел».

    -«Да, не похоже… качается вместе с волнами, на одном месте вроде…»

    -«Опять какую-нибудь дрянь течение несет… Помнишь, как в прошлом году? Мусорные мешки и пластиковые бутылки… А нам пришлось все это вытаскивать. Так еще и сети все забили…гады… А вот, лет пять назад, так же – по течению, прямо к лодке, целых четыре бутылочки коньяка приплыли. Ты еще со мной не ходил, дома сидел. Мы с Алексом вдвоем были. Сидим вот тоже так, как сейчас, а нам по борту – тук-тук, дзынь-дзынь! Мы сначала и не поняли, а они – прямо под бортом качаются и постукивают о лодку – одни горлышки торчат! И старинные, видать – стекло толстое, темное… Пробки в сургуче… Сейчас таких уже не делают… Мы тогда два дня рыбачить не выходили – праздник устроили… Наверно, с какого-нибудь старого корабля всплыли, не иначе… А напиток – огонь!»

   Между тем неопознанный предмет не спеша приближался к лодке – течение загоняло в залив не только рыбу, но и все, что попадалось ему на пути. Еще через четверть часа уже можно было разглядеть, что, качаясь на легкой зыби и поблескивая, переваливаясь с боку на бок, к лодке постепенно приближалась обыкновенная бутылка. Впрочем, обыкновенной она не была – какая-то слишком  большая и круглая, больше похожая на кувшин, не привычного темно-зеленого, а глинисто-ржавого цвета. Горлышко бутылки казалось слишком толстым и неровным и, то пропадая в волнах, то показываясь снова на поверхности, оно каждый раз указывало новое направление.

   «Па, это бутылка. Вот кому это надо – мусор за борт выбрасывать!  На земле уже чистого места не найдешь, так теперь и в море скоро – то же самое будет. Это, наверно, туристы теперь так развлекаются, которые в гостинице на мысе. Это же миль двенадцать отсюда, да?  А течение – все к нам тащит…»

   «Ну, что теперь делать? Не переживай – сейчас мы ее выловим, а на берегу – в контейнер… А смотри-ка – она, вроде, запечатанная, закрытая что-ли…  Может, опять с какого-то корабля всплыла? А что, кстати было бы… И Алекс  тут, в поселке…и Крис… Вечером бы и посидели, поговорили… Ну-ка, дай мне багор…»

   Перегнувшись за борт лодки, отец попытался зацепить  качающийся сосуд, но длины багра не хватало и пришлось ждать еще минут пять, пока он не приблизился настолько, что стало возможным  подцепить и  вынуть его.

   Да, это действительно была бутылка. Необычной формы и цвета , но – стеклянная, местами покрытая бурым налетом водорослей, с заметными  выпуклыми буквами «W» и «S» на одном боку . Горлышко ее было запечатано чем-то вроде холста, обмазанного , скорее всего, смолой, за долгое время ставшей такой-же твердой, как и сама бутылка.

   Отец, уже чувствуя по весу свое разочарование, но все же пытаясь определить ее содержимое, тряхнул  бутылку. Увы!  Ответом были лишь звуки, напоминающие легкое трепетание голубиных крыльев на взлете.

  «Ну вот! Я так и думал! Ничто не повторяется дважды… Тем более – в одном месте… Довольно негуманно с их стороны  угощать нас  пустотой».

    Он попытался сорвать просмоленный холст с горлышка. «Ну-ка, Мик, дай мне нож, там, в ящике с инструментом…  Зачем запечатывать пустую бутылку?  Может, там  все-таки  что-то есть? Сейчас посмотрим, все равно – пока время у нас есть… - он старался ножом поддеть окаменевший материал, но, когда это не удалось, рукояткой большого ножа стал стучать по застывшей смоле, откалывая небольшие кусочки, похожие на янтарь. Минут через двадцать ему удалось, наконец-то, освободить конец  холста, подцепив который, уже не так трудно было размотать его весь и, таким образом, открыть таинственный сосуд.  Подсознательно отец поднес горлышко к носу и втянул воздух… Пожав плечами, он перевернул бутылку вверх дном… Ничего не произошло. Наконец-то, заглянув  внутрь одним глазом, он произнес : « Слушай, Мик, там бумага какая-то, скрученая, трухлявая… мусор…  Не повезло нам сегодня…» . Он еще раз перевернул бутылку и тряхнул ее.  Из горлышка показался сильно пожелтевший, но сухой краешек бумажного листа. Пытаясь вытащить его, отец только оторвал бумажный уголок. «Ну-ка, сынок, попробуй  ты, у тебя все-таки пальцы потоньше…».

   Мик взял бутылку  и тоже встряхнул ее, перевернув.  Высунув язык от усердия, он  двумя пальцами , очень медленно начал вытаскивать измятый листок, на котором виднелись какие-то знаки или буквы. Края листка были сильно истрепаны и измяты. Наконец ему это удалось. Он поставил бутылку  на дно лодки и, взяв листок обеими руками, немного разгладил его на колене, а затем повернул так, чтобы солнечные лучи лучше освещали его.

   «Ну, и что там?» - отец вопросительно посмотрел на Мика.

   «Сейчас, па, не разберу… Вот…вот  так…. Ага – НЕ ИЩИТЕ МЕНЯ. Я БОЛЬШЕ НЕ ВЕРНУСЬ»

   Отец продолжал смотреть на сына.

   « Это – все, па. Здесь больше ничего нет…»

**********

культура искусство литература проза новелла Рукопись
Facebook Share
Отправить жалобу
ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА